среда, 28 сентября 2011 г.

Иван Васильевич Рыльский - воспитанник и педагог московской архитектурной школы

Опубликовано: Наука, образование и экспериментальное проектирование. Труды МАРХИ. Материалы научно-практической конференции / Сб. статей. М., 2011. С. 303 - 307.



Среди персоналий участников московской архитектурной жизни первой половины ХХ века до сих пор остаётся немало имён, малоизвестных заинтересованной аудитории, за исключением совсем уж узких специалистов по данному периоду. Празднование в минувшем году 90-летнего юбилея ВХУТЕМАСа позволило в очередной раз убедиться в наличии такой проблемы. Между тем, именно из отдельных творческих судеб и складывается целостный образ эпохи в истории искусства. К числу мастеров московской архитектурной школы, творческое наследие которых только становится предметом научного изучения, находится Иван Васильевич Рыльский, в течение ряда лет занимавший должность декана архитектурного факультета ВХУТЕМАСа, практик, педагог, исследователь и реставратор – словом, личность, несомненно, заслуживающая нашей благодарной памяти.


С. В. Малютин. Портрет И. В. Рыльского. 1922. 
Местонахождение неизвестно

На сегодня историография жизни и творчества И. В. Рыльского выглядит весьма скромно. Это в первую очередь заметки в биографических словарях – от знаменитого дореволюционного справочника С. Н. Кондакова [1, С. 382] до подготовленного авторским коллективом ГНИМА им. А. В. Щусева словаря «Зодчие Москвы…» [2, С. 216 - 217]. Кроме того, И. В. Рыльский упоминается в воспоминаниях А. П. Голубева о работе по реставрации Московского Кремля в 1918 – 1920-х гг. [3], эпизодически его имя встречается в трудах С. О. Хан-Магомедова [6, С. 73; 7, С. 423]. Однако специальных работ, посвящённых Рыльскому, до недавнего времени не было. Первой из них стала вышедшая в конце 2010 года небольшая публикация автора данной статьи, основанная на архивных документах из фондов РГАЛИ [8, С. 183 - 191]. К сожалению, эти материалы содержали целый ряд разночтений и «пробелов», что препятствовало корректной реконструкции творческой биографии мастера. Было очевидно, что исследовательский поиск надо продолжать.  
Между тем, личность И. В. Рыльского уже изрядное количество времени находится в сфере внимания сотрудников Музея Московской архитектурной школы при МАРХИ и персонально его директора-основателя Ларисы Ивановны Ивановой-Веэн[1]. Причины такого интереса вполне ясны: история московской архитектурной традиции складывается из частных биографий мастеров, поэтому с такой тщательностью относятся здесь к каждому историческому артефакту, документу, свидетельству о жизни конкретного представителя школы. Фонды Музея за более чем два десятилетия его существования создавались почти по крупицам, истории и судьбы материалов, поступавших в хранение, были подчас драматичными и интригующими. Так получилось и с научно-библиографическим архивом И. В. Рыльского, который после кончины наследников был разделён и оказался одной (наиболее ликвидной) частью в антикварной лавке, а другой – на свалке. Неисповедимыми путями архив удалось спасти для истории (увы, не полностью – самые ценные издания из библиотеки мастера ушли «с молотка» в частные руки). Что-то удалось выкупить у антикваров, «бросовый материал» (на самом деле, ценнейшие личные документы Рыльского конца 1940 – 1950-х годов) был приобретён у подобравшего его доброжелателя. Ценнейшим приобретением музея стал проект церкви, выполненный И. В. Рыльским в 1899 году на большую серебряную медаль УЖВЗ. Заметим, что значимость этого листа выходит за рамки интереса к творческой биографии конкретного мастера. Это – вообще редкий образец учебной проектной графики воспитанников московского училища, фонд которых был, по-видимому, в основном утрачен в послереволюционные годы, в отличие от фонда Императорской Академии художеств (ИАХ), который, пусть и не в полном объёме, всё же уцелел и хранится ныне в Научно-исследовательском музее РАХ.
Сформированный в итоге личный фонд И. В. Рыльского можно считать одним из важнейших достояний Музея МАРХИ. В него вошли письма, документы и фотографии И. В. Рыльского и его близких, книги, а также некоторые образцы проектной графики, относящиеся к дореволюционному периоду творчества Ивана Васильевича. Обращают на себя внимание документы, являющиеся не только биографическими материалами конкретного лица, но и яркими свидетельствами эпохи: например, курьёзное уведомление о необходимости И. В. Рыльскому в связи с перевыборами профессорского состава Архитектурного Строительного института сделать доклад о своей профессиональной деятельности перед рабочим собранием на фабрике или заводе (1930). Особую ценность для нас представляют подлинники трудовой книжки (1939 - 1951) и запасно-отпускного билета[2] (1900 - 1914), а также многостраничная напечатанная на машинке «Биография» архитектора, составленная к его 75-летнему юбилею в 1951 году. Все эти материалы позволяют прояснить многие детали жизненного пути выдающегося мастера и педагога. Встреча и завязавшееся творческое и научное сотрудничество с Л. И. Ивановой-Веэн стало большой удачей для автора настоящей статьи. Она построена главным образом на материалах И. В. Рыльского из Музея МАРХИ. Биографические данные были существенно уточнёны и дополнены по сравнению с предыдущей статьёй по хранящейся в музейном фонде прижизненной «Биографии» мастера. В тех редких случаях, когда информация указанного источника недостаточно подробна по сравнению с данными документов РГАЛИ, будет даваться ссылка на предыдущую публикацию.       
Итак, Иван Васильевич Рыльский родился 1 (15) октября 1876 года в семье крестьянина деревни Ламоново Звенигородского уезда Московской губернии Василия Аполлоновича Аполлонова (фамилию ему свою дал местный помещик). В 1888 году он поступает в число воспитанников УЖВЗ и уже в следующем десятилетии много работает как помощник своих педагогов: выполняет чертёжные работы у академика А. Н. Померанцева в период проектирования и строительства Верхних Торговых рядов на Красной площади (ныне ГУМ, 1889 - 1893), участвует под руководством академика С. У. Соловьёва в проектировании церкви для имения Самариных в селе Васильевском Самарской губернии (не сохр., 1894). В первой половине 1890-х годов И. В. Рыльский обмеряет памятники XVII столетия в Ярославле и Ростове Великом, а в 1896 - 1897 годах выполняет обмеры Сухаревой башни по заказу Московской Городской управы. В 1899 году был создан упоминавшийся выше и хранящийся ныне в Музее МАРХИ проект церкви в национальных формах на большую серебряную медаль УЖВЗ. Этот замысел Рыльского интересен большой свободой в интерпретации исторических мотивов, которая приближает его к образцам неорусского стиля, полнее всего представленного в творчестве В. А. Покровского и А. В. Щусева. Удостоившись искомой медали в 1900 году, Рыльский совершает непродолжительную поездку в Европу, работает под началом Р. Ф. Мельцера над проектом павильонов России на Всемирной выставке в Париже, затем отбывает краткосрочную воинскую повинность и поступает в Высшее художественное училище Императорской Академии художеств, дабы усовершенствовать своё профессиональное образование. В 1903 году молодой специалист удостаивается медали им. Демидова за метод графического расчёта статически неопределимых ферм на примере ферм уже упоминавшегося здания Верхних Торговых рядов. В 1904 году он с отличием заканчивает ИАХ, после чего, в связи с грянувшей Русско-Японской войной, мобилизуется в армию и проходит службу в Омске в качестве военного инженера (1904 - 1905). По увольнении в запас, в неспокойном в 1905 году Рыльский возвращается в Москву, где выполняет обмеры знаменитой шатровой церкви Вознесения в Коломенском. Зиму 1906 - 1907 годов он проводит в Лондоне в качестве пенсионера Академии художеств, совершенствуя своё знание английского языка и готовясь к главной цели своей заграничной командировки - поездке в Центральную и Южную Индию, которую и предпринимает в следующем году. В Музее МАРХИ хранятся тетради И. В. Рыльского с рукописными конспектами и переводами англоязычных книг по истории и архитектуры Индии, а также обширная коллекция фотонегативов и отпечатков, привезённых из этого экзотического путешествия. В начале ХХ века Рыльский оказался одним из немногих русских, воочию видевших произведения индийского зодчества.
Слава первооткрывателя восточных сокровищ и предыдущие успехи на поприще исследования отечественных древностей обеспечили Ивану Васильевичу признание среди коллег, в том числе и старшего поколения. В 1907 году он выступает как автор проекта росписи собора Александра Невского на Миусской площади (арх. А. Н. Померанцев, не сохр.) и вливается в штат преподавателей архитектурного отделения УЖВЗ, где впервые вводит в учебный курс практику обмеров древнерусских памятников. Его преподавательская деятельность стремительно расширяется, с 1908 года он ведёт архитектурное проектирование на женских строительных курсах архитектора Контрима, с 1910-го - в Строительном училище московских инженеров и педагогов. Параллельно архитектор принимает активное участие в деятельности Императорского Московского археологического общества (ИМАО): с 1909 года как член-корреспондент, с 1910-го как действительный член и, наконец, с 1913-го в качестве секретаря Комиссии по сохранению древних памятников, сменив в этой должности И. П. Машкова. В эти годы Иван Васильевич выполняет обмеры памятников гражданского зодчества во Пскове (1912), надвратной церкви Успенского монастыря в Старице, трапезной с колокольней и надвратной царской башни Саввино-Сторожевского монастыря в Звенигороде, Крутицкого теремка в Москве (1913), а также как представитель ИМАО осуществляет наблюдение за реставрацией Успенского собора Московского Кремля, собора Покрова на Рву (Василия Блаженного), Троицкого собора Троице-Сергиевой Лавры и того же Крутицкого теремка (1913 - 1914). На конец 1900-х - начало 1910-х годов пришёлся и расцвет собственной архитектурной практики И. В. Рыльского, которым были спроектированы: доходный дом Ледницкого в Москве, в Кривоникольском пер. (1909 - 1910), загородный дом Ледницкого в Виленской губернии, дача Удина и туберкулёзный санаторий в Иваново-Вознесенске, загородный дом в имении Ватгау по Савёловской железной дороге, санаторий для города Славянска на 200 человек (все 1911 - 1912), дача Ф. Ф. Надлера в Иваново-Вознесенске, два загородных дома в подмосковном имении «Долгопрудная» (усадьба Виноградово) и здание Высших женских курсов в С.-Петербурге (все 1913), жилой комплекс акционерного общества «Великан» на ул. Большой Садовой в Москве (1913 - 1914, осущ. частично), доходный дом в Трубниковском пер. и военный городок на 3000 человек в Старице Тверской губернии (1915). Среди изобразительных материалов И. В. Рыльского, хранящихся в Музее МАРХИ, имеются исполненные тушью на кальке авторские чертежи дачи Ф. Ф. Надлера (главный фасад и продольный разрез), а также акварельный эскиз бокового фасада того же строения. На этих листах представлен деревянный особняк в неоампирной стилистике, чрезвычайно актуальной и востребованной в начале 1910-х годов. Имеется также план неустановленного здания, который, судя по композиционной структуре, может относиться к одному из спроектированных Рыльским санаториев(?). Упомянутая работа в Старице, которую Иван Васильевич выполнял как военный инженер, будучи вновь мобилизован в армию в связи с началом I мировой войны, завершила его карьеру архитектора-строителя.
Осенью 1917 года начинается новая и наиболее яркая страница жизни И. В. Рыльского, всецело посвящённая реставрационной науке и преподаванию. Уволившись из армии, он возвращается в стены УЖВЗ, продолжает преподавать в организованных на его базе в 1918 году Вторых Свободных Государственных Художественных Мастерских. Впрочем, к деятельности Рыльского как одного из основателей советской архитектурной педагогики мы ещё вернёмся. Но период 1918 - конца 1920-х годов важен в его биографии в связи с реставрацией Московского Кремля, сильно пострадавшего во время артиллерийского обстрела в октябре 1917 года. В 1918 году И. В. Рыльский как сотрудник Отдела Музеев и Охраны памятников Наркомпроса становится во главе этих работ и проявляет изрядное новаторство в подходе к делу. В частности, воссоздание утраченного шатра Беклемишевской башни производилось, за неимением обмеров, исключительно по фото. Здесь пригодился бесценный опыт Ивана Васильевича как военного специалиста: ещё в 1905 году он выполнил обмеры церкви в Коломенском методом фотограмметрии, не имея в своём распоряжении строительных лесов для непосредственной съёмки размеров здания[3]. Позднейшие натурные обследования памятника подтвердили точность метода, применённого И. В. Рыльским. Другой новацией, впервые внедрённой в отечественную реставрационную практику при восстановлении кремлёвских соборов, был метод сохранения повреждённых частей зданий путём инъекции жидкими растворами. Идеология кремлёвской реставрации 1918 - 1928 годов имела в виду воссоздание средневекового облика ансамбля при беспощадном уничтожении позднейших его элементов. Едва ли такой подход кажется сегодня безупречным. Но безусловной заслугой И. В. Рыльского и его коллег стало восстановление исторического облика церкви Ризположения и Архангельского собора, освобождённого от пристроек XVIII века, отделение звонницы XIX столетия от объёма столпа Ивана Великого, раскрытие второй арки проезда под церковью Двенадцати апостолов Патриаршего двора. Наряду с руководством реставрационными работами в Кремле, Иван Васильевич не оставлял историко-архитектурных изысканий. В 1919 году он участвует в т.н. Волжской экспедиции - исследует ансамбль Успенского монастыря в Свияжске, «Дивную» церковь в Угличе, Троицкую церковь Успенского монастыря в Старице. На следующий год была предпринята экспедиция по рекам Сухоне и Северной Двине, в ходе которой Рыльский уделил главное внимание колокольням в Сийском монастыре, сёлах Троице, Ракулы и Белая Слуда. Причём ему удалось исправить ошибку, допущенную ранее В. В. Сусловым, который зарисовал колокольню села Ракулы издали и потому неверно трактовал её конструкцию. Деятельность Ивана Васильевича как историка-исследователя архитектуры и реставратора продолжалась до конца его жизни, хотя, начиная с 1920-х годов, была сопряжена преимущественно с административной работой в этой сфере. С 1925 года Рыльский становится председателем Комиссии по изучению архитектуры Архитектурной секции Государственной Академии Художественных наук (ГАХН), в 1927 - 1928 годах - занимает пост заместителя председателя Совета по вопросам реставрации при Наркомпросе. Удостоившись учёной степени доктора архитектуры в 1938 году, он становится научным консультантом Музея Архитектуры недавно образованной Всесоюзной Академии архитектуры и председателем Академической Комиссии по охране памятников (1939). Когда в 1942 году под эгидой Академии создаётся Комиссия по восстановлению и реставрации памятников архитектуры, разрушенных фашистами, во главе неё также оказывается И. В. Рыльский, что свидетельствует о его бесспорном профессиональном авторитете. Одновременно с этим, ч 1940 по 1948 годы Иван Васильевич председательствовал в Учёном Совете Управления по делам искусств при СНК РСФСР по реставрации памятников Музея-заповедника в бывшей Троице-Сергиевой Лавре в Загорске. Эта грань деятельности И. В. Рыльского заслуживает отдельного и беспристрастного исследования. Несмотря на любые переоценки социальной истории России в ХХ веке, заслуга тех, чьими трудами сохранялось в годы лихолетья культурное наследие старины, не подлежит сомнению.                                          
 Возвращаясь к деятельности Рыльского-педагога, внесшего серьёзный вклад в дело строительства советского архитектурного образования, необходимо подчеркнуть, что преподавание уже с конца 1900-х годов стало органичной стороной его творческой натуры. Как уже говорилось, дореволюционная педагогическая практика Ивана Васильевича была довольно широкой и разнообразной, не ограничиваясь стенами родного для него УЖВЗ. Эта ситуация сохранилась и после, когда И. В. Рыльский, утверждённый в 1923 году в звании профессора, совмещал работу в нескольких учебных заведениях - Практическом строительном политехникуме (1923 - 1924), Московском институте гражданских инженеров (1923 - 1925), Московском Высшем Техническом Училище (1918 - 1925). Но главное место в его преподавательском служении, несомненно, принадлежало ВХУТЕМАСу-ВХУТЕИНу, где Рыльский не только вёл архитектурное проектирование на IIIIV и V курсах [9, С. 190], но и был фактически бессменным деканом архитектурного факультета, начиная с 1923 года. К слову сказать, эту должность он занимал и в Архитектурно-строительном институте (АСИ), открытом после упразднения ВХУТЕИНа. А заведующим кафедрой архитектурного проектирования И. В. Рыльский был и вовсе - без малого три десятка лет (1923 - 1951), невзирая на многочисленные реорганизации и переименования учебного заведения. К сожалению, документальных материалов о его методах и программах преподавания пока обнаружить не удалось. Однако о том, каким педагогом был Иван Васильевич в глазах учеников, есть косвенные свидетельства - его архитектурная мастерская во Вторых СГХМ (1919 - 1920) по численности учащихся серьёзно превосходила группы, руководимые И. В. Жолтовского и А. В. Щусева. Стало быть, перспектива учиться именно у Рыльского привлекала молодёжь, среди которой были известные впоследствии мастера и педагоги - М. О. Барщ, М. П. Парусников и другие [6, 25].
В октябре 1933 года открыл свои двери Московский Архитектурный институт, призванный сменить многочисленные архитектурные отделения и факультеты, рассеянные по другим учебным заведениям, и ознаменовавший новый этап в истории отечественного архитектурного образования. И. В. Рыльский заслуженно занял ведущие позиции в руководстве нового вуза, став заместителем директора по учебной части (1936). До этого он исполнял обязанности заместителя декана в Институте Аспирантуры Всесоюзной Академии Архитектуры (1934 - 1936). В годы Великой Отечественной войны, возвратившись из краткосрочной эвакуации на Кавказ (1941 - 1942), Рыльский возглавил Институт Аспирантуры Московского отделения Союза Советских Архитекторов. Характерно, что в 1944 году он был удостоен ордена «Трудового Красного Знамени» именно с формулировкой: «За многолетнюю и успешную педагогическую деятельность».                          
На основе этих данных можно сделать следующие выводы. Доктор архитектуры, профессор Московского Архитектурного института (МАИ), академик Всесоюзной Академии Архитектуры Иван Васильевич Рыльский принадлежал к числу наиболее видных деятелей отечественной культуры первой половины ХХ столетия. Он был одним из основателей советской архитектурной реставрации, внеся огромный вклад в теорию и практику сохранения памятников архитектурной старины. Но главным делом его жизни стала организация качественного архитектурного образования в нашей стране. И. В. Рыльский всеми силами препятствовал нарушению преемственности между практикой подготовки советских архитекторов и традициями русской зодческой школы XIX века, неразрывную связь с которыми ощущал на протяжении всей жизни. Забота, достойная высокого профессионала и человека подлинной Культуры, каким являлся академик И. В. Рыльский.  



Литература:

  1. Кондаков С.Н. Юбилейный справочник Императорской Академии художеств. 1764 – 1914. Ч. 2. – СПб., 1915.
  2. [Крашенинников А.Ф.] Рыльский Иван Васильевич // Зодчие Москвы  времени эклектики, модерна и неоклассицизма (1830-е – 1917 годы): Биографический словарь. - М., 1998.
  3. Голубев А.П. Реставрация памятников Московского Кремля в первые годы Советской власти // Из истории реставрации памятников культуры. - М., 1974.
  4. Архитектурные школы Москвы. Сборник 2. Учителя и ученики. 1749 - 1918. Авт.-сост. Л. И. Иванова-Веэн. - М., 1999.
  5. Архитектурные школы Москвы. Сборник 3. Педагоги и выпускники. 1918 - 1999. Авт.-сост. Л. И. Иванова-Веэн. - М., 2002.
  6. Хан-Магомедов С.О. Илья Голосов. - М., 1988.
  7. Хан-Магомедов С.О. ВХУТЕМАС. Кн. 2. - М., 2000.
  8. Печенкин И.Е. Профессор ВХУТЕМАСа Иван Васильевич Рыльский (1876 - 1952). Материалы к творческой биографии // Декоративное искусство и предметно-пространственная среда: Вестник МГХПА им. С. Г. Строганова. - 2010. - № 3.


[1] И. В. Рыльский упоминается в нескольких выпусках сборников «Архитектурные школы Москвы», подготовленных под руководством. Л. И. Ивановой-Веэн [4, 5]
[2] Документ дореволюционного образца, выдававшийся офицерам и чиновникам, зачисляемым в запас, и служивший видом на жительство.

[3] Основной сферой применения фотограмметрии - теории и практики определения формы, размеров и положения объектов по их перспективным изображениям - традиционно является топография. Уже в 1890-х годах фотограмметрия успешно применялась в России - при изыскании Закавказской (1891), Забайкальской и Маньчжурской железных дорог (1897). См. также: Подольский Р.П. Фотограмметрические методы обмеров при исследовании архитектурных памятников // Академия архитектуры. - 1937. - № 1. С. 78 – 80.     


И. В. Рыльский. Проект храма в русском стиле. 1899. 
Музей Московской архитектурной школы при МАРХИ